WWW.DISSERS.RU

БЕСПЛАТНАЯ ЭЛЕКТРОННАЯ БИБЛИОТЕКА

   Добро пожаловать!


Pages:     | 1 |   ...   | 38 | 39 || 41 | 42 |

Проблемам эффективной речевой коммуникации посвящена и новая книга О.С. Иссерс «Речевое воздействие» (2009 г.). В пособии детально описаны тактики и стратегии речевого воздействия для журналистов, филологов, специалистов по рекламе и связям с общественностью. Такими тактиками речевого воздействия могут быть метафоры; приемы ввода имплицитной информации в текст; выбор слова; языковые «ловушки», которые в классической теории аргументации, как известно, называются уловками, а лживые высказывания — софизмами; символы Добра и Зла;

языковая игра, основанная на многозначности, омонимии, паронимии, аллюзии; удачное использование ресурсов фразеологии. Справедливости ради необходимо отметить, что все названные приемы речевого воздействия были разработаны еще в античной риторике и обобщены в таких солидных исследованиях к. XX — н. XXI века, как «Общая риторика» Ж.Дюбуа, в «Избранных работах» Р. Барта (1989 г.), в исследовании по теории аргументации Перельмана и др. О.С. Иссерс уже в первой главе пособия утверждает, что истоки теории речевого воздействия следует искать в глубокой древности, а далее анализирует современные интерпретации античного риторического канона в аспекте речевого воздействия. Вместе с тем книгу О.С. Иссерс можно назвать оригинальным пособием, поскольку в нем представлено большое количество нестандартных примеров и своеобразных практических заданий и тестов.

Речевое воздействие — современная речевая наука о выборе единственно необходимого, подходящего способа вербального воздействия на реципиента в конкретной риторической ситуации, об умении использовать различные тактики для достижения эффективного общения.

Это различные психологические и когнитивные технологии речевого воздействия: усложнение или упрощение ситуации или проблемы;

акцентирование чужих недостатков и своих достоинств; оценка общества или социального явления по принципу «свой-чужой»; метафорическое осмысление сложных ситуаций и процессов через простые; приемы ввода имплицитной информации; прием ложной аналогии; опровержение скрытого тезиса; прием «свернутого» сравнения; апелляция к авторитетам и другие речевые «ловушки». Все они воспринимаются как новые методы и приемы манипулирования общественным сознанием. Однако не вызывает никакого сомнения, что все эти приемы построены по аналогии с риторическими уловками и софизмами, известными уже в античную эпоху.

В связи с такой постановкой вопроса интерес представляет вышедшая в московском издательстве «Алгоритм ЭКСМО» (2009 г.) книга известного телеведущего передачи «Постскриптум», доктора филологических наук Алексея Пушкова, которая является аналитическим обобщением десятилетнего опыта работы спичрайтером при президенте России В.В. Путине.

Исследователь стремится осмыслить речевое поведение известных политиков, общественных и государственных деятелей в совокупности национальных и мировых нравственно-философских исканий, принципов, представлений о России и её внутренних и внешних связях. В новой книге, повествующей о политических аспектах и событиях, роль политика осмысливается с точки зрения его риторики — политик как говорящая личность. Подобное оригинальное исследование вышло ровно десять лет назад в московском издательстве «Российский государственный гуманитарный университет». Это книга А.Г. Алтуняна «От Булгарина до Жириновского», посвященная идейно-стилистическому анализу политических текстов в диахроническом аспекте.

Политическая метафора-загадка «Путинские качели» обращена не столько к чувству, сколько к разуму, к национальным ценностям и авторитетам. Стиль книги изобилует метафорами, перифразами, каламбурами, трансформированными идиоматическими выражениями, различными видами повторов, риторическими вопросами, речевыми формулами соучастия. Все эти выразительные средства, как известно, тоже являются приемами создания эффективного, влиятельного высказывания.

Актуальность представленного исследования несомненна: в России накоплены традиции политической риторики и современные тактики и стратегии влиятельного, эффективного общения, но к этому опыту сами политические риторы обращаются редко в отличие от риторической практики США, Великобритании и других западных стран. Правда, специального обсуждения научных филологических проблем в этом издании нет. Это скорее политическая аналитика, которая заслуживает внимания филологов прежде всего собранным в ней материалом публичных выступлений и их резонансом в России и в мире в целом.

Актуальность новой книги А. Пушкова возрастает в связи с острой потребностью нашего времени в лингвистическом воспитании молодых носителей современного языка, в их умении при восприятии телевизионной речи и других текстов массовой коммуникации распознавать образцовые высказывания, содержащие новизну мысли и оригинальность слововыражения, отличать диалектический диалог, являющийся основой русского риторического идеала, от софистического, направленного на скрытый или явный обман. Не менее важно и то, что риторическое исполнение А. Пушкова превзошло эстетическую ценность анализируемого материала.

Многочисленные исследования в области теории речевой коммуникации новейшего времени утверждают жизнестойкость традиций классической риторики. Созданные в конце XX — начале XXI века новые термины и концепции в области речеведения опираются на классическую русскую риторическую традицию, которая, в свою очередь, восходит к античным риторическим учениям.

ЛИТЕРАТУРА 1.Алтунян А.Г. От Булгарина до Жириновского. Идейно-стилистический анализ политических текстов. - М.: Российский государственный гуманитарный университет, 1999. - 263 с.



2.Аннушкин В.И. Риторика и стилистика: учебное пособие.- М., 2004. - Ч. 1.

3.Аннушкин В.И. Язык и жизнь. - М.: «Русская школа», 2009. - 320 с.

4.Барт Р. Избранные работы. Семиотика. Поэтика. - М.: Прогресс, 1989. - 615 с.

5.Волков А.А. Курс русской риторики. - М.: Издательство храма св. муч. Татианы, 2001. - 480 с.

6.Дюбуа Ж. Общая риторика. - М.: Прогресс, 1986. - 392 с.

7.Иссерс О.С. Речевое воздействие. - М.: Флинта: Наука, 2009. - 224 с.

8.Пушков А. Путинские качели. Постскриптум: десять лет в окружении. - М.: ЭКСМО:

Алгоритм, 2009. - 304 с.

9.Сиротинина О.Б. Все, что надо знать о русской речи: пособие для эффективного общения:

учебное пособие. - М.: Книжный дом «Либроком», 2010. - 224 с.

К ИССЛЕДОВАНИЮ КРИЗИСА РЕЧЕВОЙ КОММУНИКАЦИИ Чувакин А.А. (г. Барнаул, chuvakin@mail.ru) В данной статье мы обращаемся к сущностной стороне кризиса речевой коммуникации, сосредоточивая внимание на кризисе в его негативном смысле и выдвигая фундаментальный аспект проблемы кризиса речевой коммуникации – его связь с кризисом человека. При этом мы опираемся на суждение, высказанное чл.-корр. РАН А.Н.Сахаровым в одном из телевизионных интервью на канале «Культура»: любой кризис есть кризис человека. Если это так, то можно полагать, что и кризис речевой коммуникации есть кризис человека, но только не как целого, а все-таки как человека, рассматриваемого в одном из аспектов – в аспекте действования словом: homo verbo agens (или в общем случае: homo loquens).

Обращение к фигуре homo loquens не случайно. Дело и в том, что именно homo loquens в современной филологии предстает как фокус речекоммуникативного исследования человека и социума. Итак, назовем узловые моменты исследования проблемы. Homo loquens лишается сугубо человеческого: способности к мышлению-речи. Согласие с данным утверждением позволяет признать, что слабо развития способность человека к мыслеречевой деятельности есть проявление и в одновременно фактор развития кризиса речевой коммуникации, ибо означает порождение сообщения, не пригодного для понимания, или неадекватного вторичного сообщения (в процессах понимания и интерпретации).

«Расчеловечивается» система рече-коммуникативных отношений в обществе: участники рече-коммуникативного акта становятся неравноправными в рече-коммуникативном отношении, что не соответствует принципам устройства коммуникационного общества: один из участников наделяет себя правами субъекта рече-коммуникативной деятельности, в другом же видит только объект. Речь лишается власти, а значит, ее обретают сила, обман, манипуляция и под. Посему один из смыслов – тот, что «освящен» авторитетом власти (в широком смысле этого слова), – a priori признается доминирующим, «единственно верным», исчезает конкуренция в сфере смыслов.

Относительно методов исследования проблемы: ведущая роль в их совокупности, по нашему мнению, принадлежит дискурсивному анализу.

Использование дискурсивного анализа позволяет увидеть и пути преодоления кризисных явлений в речевой коммуникации: в центре объекта анализа находится все тот же homo loquens. В преодолении кризиса речевой коммуникации существенна роль той составляющей сообщества, которая принадлежит к элитарному слою речевой культуры, однако без поддержки всего сообщества проблема кризис преодолен не будет.

К ВОПРОСУ О ЖАНРАХ РУССКОЙ ДИПЛОМАТИЧЕСКОЙ СЛОВЕСНОСТИ Чурзина К.Н. (г. Астрахань, chosy@mail.ru) Почему из трех родов совещательного красноречия дипломатические речи почти не исследовались русскими филологами Существуют ли контаминированные политико-дипломатические жанры В чем проявляется связь между дипломатическим и военный красноречием Известны ли истории России примеры успешных риторов-дипломатов Как из столетия в столетие проходило становление и формирование жанров дипломатической ораторики Какая связь существует между дипломатической и эпидейктической ораторикой Почему письменные и устные публичные тексты дипломатии формируется в разных фактурах речи Какое время и место можно назвать началом формирования дипломатического красноречия Каковы отличительные признаки дипломатической ораторики Есть ли среди них традиционные и новые, рожденные демократическим временем С какими именами связан каждый новый период становления дипломатического красноречия в России На эти и другие вопросы мы не найдем ответы в существующей ныне филологической литературе. Проблемы дипломатической словесности все еще остаются дискуссионными.

В книге Ю.В. Рождественского «Общая филология» (М., 1996) мы находим ценные риторические и стилистические наблюдения о композиции западноевропейских средневековых текстов (с. 180), о дипломатических рукописных списках как «вещных свидетельств истории» (с. 94), об оригинальных дипломатических текстах и об отличии и взаимодействии дипломатических и критических текстов (с. 214). В этой связи представляет интерес и книга В.И. Аннушкина и К. В. Муратовой «Риторика и дипломатия» (М., 1998). Авторы подробно анализируют дипломатическую деятельность как искусство речи. В книге дается длинный перечень профессиональных качеств дипломата (всего 8) по Ф. де Кальеру, подчеркивается, что данные требования к личности дипломата (образу ритора) остаются востребованными и в современном мире, но в соответствии с принципом развития культуры пополняются новыми добавлениями. Особенно обстоятельно это положение развивается при анализе конкретных ситуаций — дипломатических приемов, переговоров, в которых участвуют Г. Киссинджер, З. Бжезинский, Р. Пайпс и другие.





Однако издание это по жанру относится к учебным пособиям для Дипломатической академии МИД РФ и имеет главной целью обучение риторике в профессиональном формировании дипломата.

Идейно-стилистическому анализу политических и дипломатических текстов посвящена монография А.Г. Алтуняна «От Булгарина до Жириновского» (М., 1999), в которой детально анализируются выступления Ф. Булгарина, А. Козырева, С. Станкевича. Книга содержит немало открытий, обогащающих наши представления об отечественной истории.

В статье М. Шарафельдина «Жанры современного дипломатического языка»* подробно анализируются письменные жанры дипломатической словесности (личная нота, частные письма, памятная записка, меморандум, заявление министерства), но ничего не говорится об устных публичных жанрах дипломатии — собственно риторических жанрах, что является предметом нашего исследования.

Очевидно, что античность не знала профессиональной дипломатии.

В классический период не было постоянных представительств за границей, но в больших греческих городах были известны проксены — граждане, выполнявшие обязанности, близкие к консульским, были посланники и старейшины, которые представляли полис эллинистического царя. В Древнем Риме посланника сенатора или императора называли легатом. Во времена античности были разработаны нормы дипломатической этики.

Само слово «дипломатия» происходит от греческого diploma. Так в Древней Греции называли сдвоенные дощечки с нанесенными на них письменами, которые выдавали посланцам в виде верительных грамот и документов, подтверждающих их полномочия.

Знакомство с историей данного вопроса позволяет проследить истоки русской дипломатической ораторики.

В русском дипломатическом языке X-XVII бытовали жанры, возвращение которых в речевую культуру вряд ли может рассматриваться в настоящее время: крестоцеловальная грамота, даваемая представителям мусульманского мира (документы, касающиеся сношений Московского государства с Крымом, Персией и Казанским царством), завещательная грамота, обещательная грамота, заклинательное письмо, утвержденная грамота и др. Наименование этих устаревших жанров отражают цели и ситуации дипломатических отношений того времени. Известно, что русские князья редко посылали, чаще велись устные переговоры.

В сущности говоря, до эпохи Петра I сложился русский дипломатический словарь с многочисленными терминами дипломатического этикета и устойчивыми выражениями, бытовавшими в дипломатическом языке до XVIII в. (быть на посольстве; быть на очех — «быть на официальном приеме у государя»; править посольство - «выполнять посольские обязанности у главы иностранного государства» и др.) Изменились жанры и термины, поскольку изменился состав и структура самого языка, но некоторые из современных терминов сложились уже в те далекие времена, например, такие, как комплимент, церемония, визит, обычай, обыкновение, посольство, обряд, резиденция, рубеж, честь и многие другие.

Очевидно, что первым специальным ведомством, которое занималось внешнеполитическими делами России, был Посольский приказ, созданный в середине XVI века. Посольские и думские дьяки и бояре осуществляли внешнюю политику России. В их совещательных речах постепенно складывается особый язык, церемониал обращения с послами — посольский обряд. Однако в различных источниках упоминается, что в Москву дипломаты стали приезжать с конца XV в. в связи с ростом международных связей.

Известно, что Петр I привлекал на дипломатическую службу иностранцев. Русским язык в целом и язык дипломатии обогащался в этот период за счет иноязычных терминов, так как даже дипломатическая переписка становится многоязычной. Так, в каждый последующий общественно-политический период изменяется дипломатический язык, претерпевают изменения и жанры дипломатической словесности.

Интересные фактические ссылки и рассуждения о видах дипломатической ораторики мы находим в работах И.Ю. Чистяковой [Чистякова И.Ю.: 2009].

Завершая наши рассуждения, перечислим устные жанры дипломатической ораторики:

1. дипломатические переговоры а) консультация (вид дипломатических переговоров, имеющих целью выявление позиций и точек зрения на интересующие вопросы и проблемы. Относительно новый способ мирного разрешения споров, возникший в XX столетии);

2. дипломатическая беседа;

3. закрытая дипломатическая беседа;

4. выступление на совещании в узком составе;

5. выступление на официальной дипломатической конференции [Вуд Д, Сере Ж, 76: 180];

6. «джентльменское соглашение» (чисто дипломатический жанр переговоров. Устная форма международного договора, как правило, в дальнейшем подлежит письменному оформлению);

7. речь на обеде, на приеме, на обеде-приеме, при подписании договора, приветственная речь;

8. заявление правительства, заявление по итогам переговоров, 9. совместное заявление;

10. выступление или демарш (термин чаще всего встречающийся в дипломатической сфере. Разновидность дипломатического акта.

Чрезвычайное выступление органов внешних сношений одного государства по поводу другого);

11. выступление дипломатов на пресс-конференции;

12. вербальная нота;

13. сообщение департамента информации и печати МИД;

14. коммюнике (от фр. – официальное сообщение о ходе или результатах международных переговоров, составлении международного соглашения и т.п.) [Дипломатический словарь, 84:

67].

Pages:     | 1 |   ...   | 38 | 39 || 41 | 42 |










© 2011 www.dissers.ru - «Бесплатная электронная библиотека»

Материалы этого сайта размещены для ознакомления, все права принадлежат их авторам.
Если Вы не согласны с тем, что Ваш материал размещён на этом сайте, пожалуйста, напишите нам, мы в течении 1-2 рабочих дней удалим его.